В 1993 году в России была издана книга крупнейшего знатока афганского сельского хозяйства Александра Давыдовича Давыдова «Афганистан: войны могло не быть. Крестьянство и реформы» (М. «Наука»-«Восточная литература», 1993).

В этой небольшой книге Давыдов А.Д. анализировал причины хозяйственного кризиса, захватившего Афганистан в 70-х годах, и причины возникновения гражданской войны. Главный вывод его книги – войны могло не быть. Это достаточно парадоксальный на сегодняшний день вывод, однако Давыдов подводит под него такие основания, что трудно сомневаться в его истинности. Он считает, что непосредственной причиной войны стала неправильная политика аграрных реформ, которая не только не смогла разрешить хозяйственный кризис, но лишь усугубила его, и толкнула страну к войне.

В числе первых и главных вопросов, которые поднимает Давыдов в книге, это характер аграрного хозяйства Афганистана. Господствующим взглядом, который господствовал и в 70-х годах, и теперь, был взгляд на афганское сельское хозяйство, как на феодальное, или даже дофеодальное. На разных языках, в том числе и на русском, было выпущено много книг, в которых «доказывался» этот тезис, легший впоследствии в основание политики НДПА и их советских советников.

Концепция «господства феодальных отношений» состояла из трех тезисов:

1. Все процессы в Афганистане происходят в рамках одной и той же общественно-экономической формации, то есть феодализма. Это был чисто априорный, недоказываемый тезис.
2. Сторонники концепции, называясь марксистами, тем не менее ставили производственные отношения впереди развития производительных сил, и старались доказать, что «отсталость аграрного строя предопределялась низким техническим уровнем сельскохозяйственного производства».
3. Сторонники концепции утверждали, что «увеличение нормы эксплуатации в условиях падения среднедушевых размеров сельскохозяйственного производтсва привело крестьянство к абсолютному обнищанию» (цит по: «Афганистан: войны могло не быть», с. 84-89).

Однако у Давыдова на этот счет было другое мнение. На основании детального изучения афганского сельского хозяйства, как по статистическим данных, так и по полевым исследованиям, привел к выводу, что характер афганского хозяйства кардинальным образом отличается от феодального.

Одним из отличительных признаков феодализма является господство крупной земельной собственности. Исследователи приводили яркие примеры крупной земельной собственности, примеры обезземеливания крестьян, и делали выводы о феодальном характере афганского хозяйства.

Однако, Давыдов считал, что распад феодальных отношений начался еще в начале ХХ века, с законов Аманнулы, выпущенных в 1923 году, разрешивших частное владение землей. В своей книге «Социально-экономическая структура деревни Афганистана» (М. «Наука», 1976), он делает такой вывод из рассмотрения этих законов:
«По нашему мнению, происходит гораздо более глубокое, коренное качественное изменение: всякая вообще форма феодальной собственности сменяется формой собственности, соответствующей уже не натуральным, а товарным, рыночным отношениям, и переходит от феодальной к буржуазным» (с. 70).

Далее он наблюдает, что цены на продукцию сельского хозяйства к началу 50-х годов выросли в 4-5 раз, тогда как размер поземельного налога остался в неприкосновенности. Смена феодальной на частную форму собственности, и обесценивание поземельного налога приводят, по мнению Давыдова, к преобразованию феодального сельского хозяйства в товарное. Это мнение подкрепляла статистика землевладения. По подсчетам 54 тысячи помещиков владели 1,4 млн. гектар земли, или 31,7% всего земельного фонда. А 1,146 млн. крестьян владели 3 млн. гектар земли, или 68,3% всего земельного фонда. Давыдов, ссылаясь на афганского экономиста С.Ш. Маджруха, указывает, что настоящих крупных землевладельцев было немного: лишь 60 семей владели более чем 200 гектарами земли. То есть, говорить о господстве крупного землевладения было нельзя. Давыдов делает свой вывод:
«Это – страна крестьянская, а не помещичья, или в основе не помещичья, не феодальная, а тем более не дофеодальная» («Афганистан: войны могло не быть», с. 36). То есть, тезис о феодализме в Афганистане разваливался под напором фактов.

Второй тезис Давыдов опроверг данными об уровне товарности афганского сельского хозяйства. По данным статистики и по наблюдениям, даже в таких малоземельных провинциях, как Нанграхар, Лагман и Кунар, существовали в большом числе мельчайшие двуурожайные участки земли, на которых высевались овощные и зерновые культуры. Первые крестьянин продавал на рынке, а вторыми обеспечивал собственное потребление. Остальные же провинции, такие как Герат, Кундуз, Баглан и другие, отличались еще более выраженными формами товарного крестьянского хозяйства. Общее количество мелкотоварных крестьянских хозяйств, по подсчетам Давыдова, составило примерно 800-900 тысяч, или около 50% оседлых хозяйств, а с учетом полукочевых скотоводческих хозяйств (которых продавали от трети до половины продукции на рынке), их число составит свыше 50% всех хозяйств страны.

Господство крестьянского землевладения и мелкотоварного характера хозяйства, не оставляли камня на камне от концепции «феодализма» в Афганистане. Третий тезис Давыдов опроверг еще более простым способом. Он подсчитал, что прирост производства зерновых с 1955 до 1978 года, составил примерно 70%, тогда как прирост населения составил около 80%. То есть, нельзя было говорить о значительном сокращении среднедушевого производства. Данные же о налогообложении говорили, что обложение хозяйств не только не возросло, но и снизилось с 45% в начале ХХ века до 12,5% в начале 70-х годов.

Одним словом, концепция «господства феодальных отношений» в Афганистане не имела под собой никакой доказательной базы. Сторонники этой концепции не уделяли внимания сбору надежных данных о развитии хозяйства Афганистана, в особенности статистических материалов. Давыдов характеризует фактический материал сторонников концепции как ненадежный: «Трудно понять, как можно было, делать столь ответственный вывод, затрагивающий коренные перемены в судьбах страны, базируясь на совершенно ненадежных статистических данных» (с. 89).

Из этих исследований Давыдова вытекает вывод о полной непригодности программы аграрной реформы НДПА, Декрета № 8. Эта программа исходила из необходимости побыстрее ликвидировать «господство феодальных отношении», путем ликвидации крупного землевладения. Давыдов оценивал средний уровень землевладения, который полностью обеспечивать потребности крестьянина с семьей, в 100 джарибов (20 гектар) поливной двуурожайной земли. Программа аграрной реформы Муххамада Дауда 1976 года так же оценивала предельный уровень землевладения.

Программа НДПА оценила предельный уровень землевладения в 30 джарибов (6 гектар) поливной двуурожайной земли. Этот уровень был в более чем три раза ниже уровня, необходимого для ведения устойчивого мелкотоварного хозяйства. Руководство НДПА, под влиянием Аманнулы Амина, излишне радикализировало программу. Например, были отменены шариатские купчие, что вызвало острое недовольство крестьян. Перераспределение земли часто носило насильственный характер. Крестьяне, наделенные землей по Декрету № 8, не получили обещанных семян, машин и удобрений, и в силу противодействия односельчан часто бросали участки. Уже в 1980 году начался массовый исход афганских крестьян в Иран и Пакистан, где они присодинялись к оппозиции. Радикализм программы вырвал из сферы сельского производства около 5 млн. крестьян, что подорвало силы афганского сельского хозяйства.

Давыдов так подытожил причины провала аграрной реформы НДПА:

1. Преувеличенное представление о «господстве феодализма» в Афганистане, хотя и лозунгово-демагогическое.
2. Определение стратегии по известному рецепту «некапиталистического пути развития», с целью скакнуть из «феодализма, минуя капитализм, сразу к социализму» (эта концепция появилась в СССР в 60-е годы, и предусматривала собой радикальное переустройство сельского хозяйства и промышленности страны по советскому образцу, который считался «последовательно социалистическим»).
3. Полное непонимание или нежелеание понять характер афганских преобразований, как объективно протекающих в русле революции отнюдь не «пролетарской», а буржуазно-демократической.
4. Отказ от учета и анализа собственного положительного опыта даудовского этапа преобразований (с. 123).

В чем же заключался главный смысл аграрного кризиса в Афганистане в 70-е годы, и каким его образом можно было разрешить? Давыдов пишет, что главной причиной аграрного кризиса сельского хозяйства Афганистана было разорение крестьян-собственников торгово-ростовщическим капиталом. Для ведения мелкотоварного крестьянского хозяйства необходимы определенные средства. Эти средства, на покупку семян, удобрений, инвентаря, крестьянин чаще всего брал у торговца или ростовщика, под высокие проценты, нередко доходившие до 200%. Торгово-ростовщический капитал эксплуатировал крестьян, извлекая из дачи ссуд огромные прибыли. На 1978 год задолженность имели 11,5 млн. крестьян, или 84,5% всех хозяйств, а общая задолженность составила более 30 млрд. афгани. В среднем, на хозяйство приходилось по 2,6 тысяч афгани задолженности ростовщику или купцу.

В случае невыплаты долга, ростовщик забирал землю, и сдавал ее тому же крестьянину на условиях аренды до выплаты долга. По прошествии определенного времени, обычно по истечении 7 лет, земля переходила в собственность ростовщика, и крестьянин ее обрабатывал уже как батрак. По данным на 1978 год, земли лишилось 600-660 тысяч семей, или 36% всех крестьянских семей.

Вот эта эксплуатация и была тормозом развития афганского сельского хозяйства. Ростовщик разорял крестьянина намного больше, чем это делал феодал, сверх того предела, когда возможно воспроизводство. Капитал уходил из сферы сельского хозяйства, не давая возможности ее дальнейшего развития.

По мнению Давыдова, лучшей программой аграрной реформы была программа Муххамада Дауда. На его взгляд, она лучше всего соответствовала условиям афганского сельского хозяйства. Предел землевладения в 100 джарибов поливной двуурожайной земли делал возможным ведение устойчивого мелкотоварного крестьянского хозяйства. Обезземеленные крестьяне могли купить на льготных условиях землю, и получить необходимые для этого кредиты под льготные проценты, а также инвентарь, машины, удобрения и посевной материал.

Однако, Давыдов отмечает Декрет № 6 об освобождении от долгов, который предписал освободить от выплаты долга всех крестьян, которые заложили землю за пять лет и более до опубликования Декрета, а всем остальным выплатить остаток из расчета 20% годовых.

В общем и целом, Давыдов А.Д. делает заключение, что решение афганского аграрного кризиса могло быть осуществлено без войны. Для этого было необходимо освободить крестьян от задолженности, наделить безземельных крестьян землей и гарантировать права собственности. Сам характер довоенного афганского сельского хозяйства уже вел к дальнейшему развитию и интенсификации.

Верхотуров Д.Н.

Источник: Афганистан.Ру